Русская линия
Фома18.11.2008 

Что такое апокрифы

Периодически можно слышать о сенсационных находках: новые «евангелия» и другие якобы неизвестные прежде тексты, возникшие на заре христианства. На самом деле ничего принципиального нового в этих находках нет; чаще всего речь идет о новых рукописях текстов, известных Церкви с самых давних времен. Но что именно называется апокрифами?

В православной традиции в состав Библии принято помещать следующие неканонические книги: Вторая книга Ездры, Товит, Иудифь, Книга Премудрости Соломона, Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова, Послание Иеремии, Книга пророка Варуха, Первая и Третья книги Маккавейские, Третья книга Ездры, а также дополнения к книге Есфирь, дополнения к книге Даниила, молитва Манассии и некоторые другие. Эти книги в Церкви никогда не отвергались, хотя и не признавались равнозначными каноническим богодухновенным книгам Библии. Церковь несомненно относилась к ним как к части Писания. Цитаты из книги Премудрости, например, встречаются в 1-м послании Климента, папы Римского и в послании Варнавы. Святитель Поликарп Смирнский цитирует книгу Товита, святитель Ириней ссылается на книгу Премудрости и на Книгу Варуха. Правилом 85 святых апостолов неканонические книги помещаются среди «чтимых и святых». Святитель Афанасий Великий говорит, что их «установлено отцами читать вновь приходящим и желающим огласиться словом благочестия». Они всегда почитались как душеполезное чтение, необходимое для духовной жизни христиан, о чем свидетельствует их использование в богослужении Православной Церкви: тексты книги Премудрости Соломона входят в состав паримийных чтений; песнь отроков воспевается на утрени; молитва царя Манассии читается на великом повечерии и т. д. Редакция

Книги на «границе» Библии

Сегодня, когда Библия выглядит как цельный том, ее читатели привыкли думать, что канон (то есть состав) Библии всегда был четко определен, а граница между Писанием и всей остальной литературой была всем хорошо известна. На самом деле это далеко не так: когда пророк или Евангелист начинал писать или проповедовать, он вовсе не ставил себе цели дополнить Библию еще одной книгой, — нет, он сообщал людям то, что считал необходимым. И лишь затем община верующих — сначала древний Израиль, а затем христианская Церковь — признавала его текст адекватным и точным изложением своей веры. При этом, конечно, всегда существовали лжепророки и лжеучителя, творения которых община верующих отвергала.

Можно было бы подумать, что решающую роль здесь играло авторство текстов: скажем, Исайя или Павел — всем известные проповедники Истины, так что и книги, носящие их имена, будут признаны священными. Но это далеко не так: в каноне Писания на центральном месте стоят произведения Луки (Евангелие и Деяния), который не был даже свидетелем земной жизни Иисуса, а вот книга, которая называется «Евангелие от Петра», считается подложной. Ее явно не писал апостол Петр, которого мы знаем по двум новозаветным Посланиям, — его имя было приписано к этому тексту, чтобы придать ему больше авторитетности. Такая ситуация типична для апокрифов.

Что же тогда называется апокрифом? По-гречески это слово значит «тайный, сокровенный» и в разных традициях употребляется по-разному. Ряд ветхозаветных книг православные называют неканоническими, католики — второканоническими, а протестанты — апокрифическими.

В состав иудейских и протестантских изданий не входят некоторые книги (Маккавейские, Иудифи, Товита, Премудрости Соломона и др.) и значительные отрывки из других книг (прежде всего Есфири и Даниила), которые помещены в православных и католических изданиях Библии. Поэтому если вы встретите английскую Bible with Apocrypha, это будет всего лишь означать, что в Ветхий Завет включены неканонические книги Ветхого Завета, но не более того.

У православных и католиков апокрифами принято называть другие книги, которые никогда и нигде не входили в состав Библии, например, «Книгу Юбилеев» или «Хождение Богородицы по мукам». Теперь мы поговорим именно о таких книгах.

Апокрифы к Ветхому Завету

Что касается ветхозаветных апокрифов, то речь идет в основном о текстах, «дополняющих» Библию, их авторство часто приписывается библейским персонажам. Это «Книга Юбилеев», «Завещание двенадцати патриархов», «Книга Еноха», «Видение Исайи», «Псалмы Соломона» и некоторые другие тексты. Как правило, точное авторство и даже время написания этих текстов нам неизвестны, они доходят до нас в разных рукописных вариантах и в этом смысле не могут считаться источником, надежно излагающим взгляды какого-то определенного человека или группы людей. Но тем не менее они прекрасно показывают ту идейную и культурную среду, в которой возник Новый Завет (некоторые из них могли быть написаны вскоре после Нового Завета или одновременно с ним). Мы не знаем точно, кто и когда написал данную фразу из апокрифа, но мы можем быть уверены, что эти идеи, образы, понятия были достаточно широко распространены в иудаизме так называемого «межзаветного периода» (между Ветхим и Новым Заветами), иначе бы они просто не дошли до нас. В этом отношении они очень полезны и интересны.

Пожалуй, самая интересная часть ветхозаветных апокрифов — это толкования (по-еврейски «мидраши») на канонические библейские тексты. В дополнение к библейским повествованиям они предлагают множество подробностей, иногда совершенно фантастических, а иногда просто спорных. Вот, например, как описывает «Книга Юбилеев» жизнь первых людей в Раю, говоря от лица Самого Бога: «Адам и жена его были в саду Едем семь лет, возделывая и храня его. И Мы дали ему занятие и научили его все видимое употреблять в дело, и он трудился. Он же был наг, не зная сего и не стыдясь. И он охранял сад от птиц, и зверей, и скота, и собирал плоды сада и ел, и сберегал остаток для себя и своей жены, и делал запас». Такой «сад Едем» больше напоминает обычные огороды, чем место вечного блаженства…

Другие апокрифы, например, Книга Еноха, наоборот, повествуют о самом конце времен, и это сближает их с Откровением Иоанна Богослова. Собственно, откровение (по-гречески «апокалипсис») о конце времен — весьма популярный в свое время жанр, но только одна из таких книг, как мы видим, вошла в Библию. Правда, элементы апокалиптических видений можно встретить и в пророческих, и в некоторых других книгах Писания. К этому жанру принадлежит и «Вознесение Моисея» — единственный апокрифический текст, чей сюжет явно пересказывается в Новом Завете (Иуды 9), хотя, конечно, его авторам были известны и многие иные апокрифические книги.

Есть и такие апокрифы, которые продолжают библейские традиции. Среди них мы найдем и пророческие книги («Завет двенадцати патриархов»), и даже псалмы: книга «Псалмов Соломоновых», по-видимому, единственный дошедший до нас сборник молитв самых первых иудеохристиан. Удивляться тому, что текст, созданный уже после пришествия Христа, носит имя царя, жившего почти за тысячу лет до Него, не приходится — такова особенность апокрифической литературы. Имя знаменитого пророка или героя, стоящее в заглавии книги, указывает не столько на ее авторство, сколько на ту духовную традицию, к которой принадлежит этот текст. Вдохновенные слова этих молитв мы могли бы повторить и сегодня:

Верен Господь воистину любящим Его,

терпящим наказание Его,

совершающим путь в праведности предписаний Его,

по закону, какой дал Он нам для жизни нашей.

Праведники Господни будут жить по нему вовек,

Рай Господень, дерева жизни — праведники Господни.

Росток их пустил корни вовек,

и не будут вырваны из земли во все дни,

ибо жребий и наследие Божие — Израиль.

«Иное благовестие»

Немало апокрифов примыкает и к Новому Завету, но здесь ситуация уже совсем иная. Среди новозаветных апокрифов много книг, которые претендуют на свою равнозначность с книгами самого Нового Завета или даже на абсолютную истинность, но с самых давних времен Церковью они не признаются подлинными. Это прежде всего «Евангелия» от Петра, Фомы, Филиппа, Никодима, Иуды, Варнавы, Марии (Магдалины) — так сказать, «альтернативные версии» истории Иисуса из Назарета, которые приписываются различным персонажам Нового Завета, но явно не были ими написаны. В них, как правило, можно заметить идеологическую или богословскую основу, которую такое евангелие должно поддержать. «Евангелие от Иуды» излагает гностический взгляд на евангельские события, «Евангелие от Фомы» — манихейский, а «Евангелие от Варнавы» — мусульманский. Понятно, что такие тексты расходятся во многих принципиальных положениях с каноническими текстами Нового Завета: единственным верным учеником Иисуса оказывается вдруг Иуда Искариот («Евангелие от Иуды»), или же Иисус категорически отказывается называться Сыном Божьим («Евангелие от Варнавы»).

Такие тексты были известны всегда. Еще апостол Павел предупреждал о проповедниках «иного благовествования» (2 Кор 11:4, Гал 1:7−8), не уточняя, правда, что конкретно имеется в виду. Но по его пылким словам, обращенным к разным общинам, мы можем предположить: речь шла о проповедниках, извращавших самые основы христианской веры о жизни, смерти и воскресении Иисуса Христа.

Но откуда же мы знаем, что правы именно канонические Евангелия, а не эти? Сегодня каждая новая находка преподносится в прессе как сенсация: вот еще одна свежая, оригинальная версия, может быть, она истинна? Или, по крайней мере, равноправна? Действительно, в эпоху расцвета альтернативных историй и даже альтернативных этических систем в это так удобно верить…

На самом деле все довольно просто. Канонические книги Нового Завета — при всем своем разнообразии и порой незначительных расхождениях в мелочах — едины в главном, а все «иные благовествования» рисуют нам собственные, категорически несовместимые друг с другом картины, зато каждая из них очень хорошо согласуется с определенным течением, соперничающим с христианством. Если право «Евангелие от Иуды», то абсолютно неправ не только канонический Новый Завет, но и «Евангелие от Варнавы», и наоборот. Есть и разные иные критерии (например, наличие фактических ошибок в том же самом «Евангелии от Варнавы», ясно указывающее, что его автор, в отличие от апостола Варнавы, никогда не бывал в Палестине), но самый главный принцип — принятие текста общиной верующих. В самых первых списках признанных Церковью книг мы находим привычные нам четыре канонических Евангелия — и ни разу не встречаем ни одного другого.

Так что принять такие апокрифы наравне с каноническими книгами невозможно, но и они на свой лад весьма полезны — они рассказывают нам об учениях, соперничавших с христианством как в самые первые века христианской Церкви, так и позднее.

Сразу после Библии

К апокрифам Нового Завета обычно причисляют и много других текстов, не противоречащих Библии, а дополняющих и расширяющих ее повествования. Это разнообразные повествования о жизни, проповеди и мученической смерти апостолов (тех же самых Варнавы, Филиппа, Фомы) или разные послания, в том числе приписываемые Павлу (Лаодикийцам и 3-е к Коринфянам; впрочем, они явно не принадлежат Апостолу и составлены из Павловых цитат какими-то его последователями). Такие апокрифы вполне могут приниматься церковной традицией: например, о Богородице в Библии рассказано очень мало, так что церковное празднование ее Рождества и Введения во храм, отчасти даже Благовещения основаны на апокрифическом «Протоевангелии Иакова». Каноническим текстам это повествование не противоречит, напротив, восполняет отсутствующие в них детали, так почему бы им не воспользоваться?

Но особенно интересны, конечно же, тексты, написанные младшими современниками и учениками Апостолов, которые в древности иногда даже включали в Новый Завет. Их авторов часто называют «мужами апостольскими» — они жили во времена Апостолов и были их учениками. Эти произведения заметно отличаются от собственно новозаветных текстов, но в то же время прекрасно показывают, как развивалась ранняя Церковь.

Например, в Новом Завете мы не встретим четкой церковной иерархии, которую знаем сегодня, там слово «епископ» — практически синоним слова «пресвитер» (так называют священников). Можно порой услышать, что современная иерархия с епископом во главе сложилась достаточно поздно, в Средние века — но оказывается, что уже на рубеже I и II вв. от Р. Х. Игнатий Богоносец в своих посланиях, особенно в «Послании к ефесянам», подробно излагает учение о епископе как о главе местной христианской общины и руководителе пресвитеров: «Посему и вам надлежит согласоваться с мыслью епископа, что вы и делаете. И ваше знаменитое достойное Бога пресвитерство так согласно с епископом, как струны в цитре… В самом деле, если я в короткое время возымел такое дружество с вашим епископом, не человеческое, а духовное, то сколько, думаю, блаженные вы, которые соединены с ним так же, как Церковь с Иисусом Христом, и как Иисус Христос с Отцом, дабы все было согласно чрез единение. Никто да не обольщается! Кто не внутри жертвенника, тот лишает себя хлеба Божьего. Если молитва двоих имеет великую силу, то сколько сильнее молитва епископа и целой Церкви?». То есть принцип «поместная церковь существует только вокруг епископа, находящегося в общении с другими епископами» возник практически сразу после того, как в Новом Завете была поставлена последняя точка, это вовсе не средневековое изобретение.

Впрочем, в Новый Завет послания Игнатия, судя по всему, никогда и никем не включались. Зато в некоторых самых древних списках в него входили послания апостола Варнавы и римского епископа Климента, а также два очень важных свидетельства о жизни ранних христиан — книги под названиями «Дидахе» и «Пастырь Ерма». Их вполне можно считать новозаветными апокрифами.

Слово «дидахе» означает «учение», и полное название этого произведения — «Учение Господа через двенадцать апостолов народам». Это произведение начинается со слов: «Есть два пути: один — жизни и один — смерти». Дальше идет изложение правил самого раннего периода жизни Церкви, из которого мы узнаем о Евхаристии, других обрядах, молитвах, постах и обычаях первых христиан, о том, как строились взаимоотношения между разными общинами.

А «Пастырь», написанный римлянином по имени Ерм (иногда его имя пишут как Герма), был в древности, пожалуй, не менее популярен, чем канонические книги Нового Завета. Это перечень откровений, которые поведали Ерму прекрасная дама (символ Церкви) и ангел в образе пастыря (то есть пастуха). Эта книга описывает жизнь римской христианской общины начала II в. от Р. Х., в период гонений, и дает множество наставлений всем христианам.

Вот что, например, передавала через Ерма всем христианам Дама-Церковь: «Послушайте меня, дети. Я воспитала вас в великой простоте, невинности и целомудрии, по милосердию Господа, который излил на вас правду, чтобы вы очистились от всякого беззакония и лжи, а вы не хотите отступиться от неправд ваших… Живите в мире, заботьтесь друг о друге, поддерживайте себя взаимно и не пользуйтесь одни творениями Божиими, но щедро раздавайте нуждающимся… Тем теперь говорю, кто начальствует в Церкви и главенствует: не будьте подобны злодеям. Злодеи, по крайней мере, яд свой носят в сосудах, а вы отраву свою и яд держите в сердце; не хотите очистить сердец ваших и чистым сердцем сойтись в единомыслие, чтобы иметь милость от Великого Царя. Смотрите, дети, чтобы такие разделения ваши не лишили вас жизни. Как хотите вы воспитывать избранников Божиих, когда сами не имеете научения? Поэтому вразумляйте себя взаимно и будьте в мире между собою, чтобы и я, радостно представ пред Отцом вашим, могла дать отчет за вас Господу».

Можно только пожалеть, что в последующие века эти прекрасные и мудрые апокрифы как-то вышли из употребления. Внимание людей захватывали другие тексты, менее назидательные и более красочные, а порой и кровожадные — на Руси, например, был очень популярен апокриф под названием «Хождение Богородицы по мукам». В нем подробно описывается, как Богородица сходит в ад, и ей показывают страдания разных категорий грешников, всех по очереди, причем текст описывает их очень подробно и вполне телесно. Вот такой апокриф, пожалуй, читать не обязательно…

Апокрифы, даже признаваемые Церковью, не обладают абсолютным авторитетом Священного Писания. Это могут быть полезные, интересные и поучительные книги, а могут быть и книги откровенно ложные, еретические — но во всяком случае Церковь не считает их Словом Божьим. Это человеческое слово, которое много может рассказать нам об истории христианства и других религий, многому может научить, но подходить к нему, как и ко всякому человеческому слову, следует осторожно.

http://www.foma.ru/articles/1904/


Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика