Русская линия
Русская линияИгумен Кирилл (Сахаров)27.12.2007 

Преподобный Максим Грек: жизнь и богословские произведения

«Ревность к истине, меня вдохновляющая, не
дает успокоения: чтоб не смотрелась ложь перед
истиной и не хвалилась тьма перед светом».
Преподобный Максим Грек

Преподобный Максим Грек, его жизнь и богословские произведения представляют собой замечательное явление в истории нашей Церкви и общества. «Неверием омраченная сердца человеков светом благочестия просвещая, пресветел явился еси Православия светильник», — говорил о нем один из его современников. Это был ученейший человек, сочетавший прекрасное знание святоотеческих творений с глубоким благочестием. Его произведения, затрагивающие различные стороны жизни Русской Церкви и русского общества XVI века, представляют большой интерес и для настоящего времени.

Преподобный Максим ГрекБиографические сведения о преподобном Максиме крайне скудны. Родился он около 1480 года в городе Арты, в Албании, от богатых родителей Мануила и Ирины. Родители его, отличавшиеся благочестием, и сына своего воспитали в правилах благочестия и страха Божия. Получив первоначальное образование от своего отца, Михаил (таково было его имя до пострига) отправился в Париж, где обучался различным наукам у знатного грека Иоанна Ласкариса, а затем — в Италию. Здесь особое внимание он уделяет изучению древних языков. Большой влияние на него оказали горячая проповедь и мученическая смерть знаменитого флорентийского проповедника Саванаролы: Михаил решил себя всецело посвятить Богу и с этой целью отправился на Афон, где поступил в Ватопедскую обитель. О том, какое глубокое и неизгладимое впечатление произвели на него проповеди, личность и судьба Саванаролы, мы узнаем из обширного сочинения под названием «Повесть страшна и достопамятна и о совершенном иноческом жительстве». Здесь преподобный Максим прямо говорит, что он готов Саванаролу и его двух товарищей по мученической кончине причислить «с радостию древним защитителем благочестию, аще не быша латыня верою». Необходимо отметить, что пребывание преподобного Максима в монастыре святого Марка во Флоренции, о чем свидетельствует, в частности, описание им в одном сочинении таких деталей монастырской жизни, которые могли быть известны только очевидцу, не является доказательством его латинизации, как утверждают некоторые исследователи (Денисов и др.). Факт латинизации преподобного Максима во время пребывания его в Италии не подтверждается документальными данными и стоит в полном противоречии со всей его последующей деятельностью. Около десяти лет провел преподобный Максим в Ватопедской обители в подвигах воздержания и молитвы, в изучении святоотеческих писаний. Думал он, что здесь, в безвестной тишине, мирно окончит он дни свои, посвященные Богу. Но Господь судил иначе: иной предлежал ему путь, — путь страдальческий, хотя и не лишенный славы, в чужой ему стране, для которой суждено ему было понести труды апостольские и запечатлеть их многолетними страданиями в различных заточениях.

В 1915 году великий князь Московский Василий Иоаннович обратился с просьбой к Вселенскому Патриарху Феолипту и к Проту Святой Горы Симеону о присылке к нему ученого монаха. Выбор пал на Максима-смиренного, монаха из Ватопедской обители, обладавшего знанием греческого и латинского языков и искусного в Священном Писании.

Поводом к призванию преподобного Максима на Русь было желание великого князя Василия Иоанновича найти ученого грека, который мог бы заняться разбором множества древних греческих книг его книгохранилища, перевод некоторых из них и потребность в исправлении бывших уже в употреблении книг как богослужебных, так и Священного Писания, и святоотеческих, подвергшихся от времени сильной порче.

Когда преподобный Максим, с большим почетом встреченный в Москве, приступил к разбору великокняжеского книгохранилища, он с изумлением сказал великому князю, что и в греческой земле ему не приходилось видеть такого множества книг.

Оторванный от привычной обстановки, преподобный Максим оказался в совершенно иной среде, и, чтобы понять ее, он должен был всесторонне ее изучить, начиная с языка, на котором он стал писать.

Высокую оценку трудам преподобного Максима дает архиепископ Филарет (Гумилевский). «В многочисленных писаниях преподобного Максима, — писал он, — нельзя не удивляться разнообразию сведений его и талантов: он филолог и историк, поэт и оратор, философ и богослов».

Другой церковный историк, митрополит Макарий (Булгаков), писал: «М. Грек первый явился у нас с образованием научным и с богатым запасом сведений не только в богословских, но и в светских науках, какие тогда существовали… Можно сказать, что в лице Максима в первый раз проникло к нам европейское просвещение…».

Однако, признавая несомненность достоинств преподобного как ученого, владыка отрицательно относился к его переводной работе и в значительной степени к его деятельности как писателя. Главное достоинство сочинений преподобного Максима он усматривает в том, что «они представляют собой как бы зеркало, в котором до некоторой степени отразилась и современная ему Россия, и его собственная судьба».

Позднейший историк Церкви Е.Е. Голубинский называет преподобного Максима человеком «блестяще талантливым и высокообразованным в самом строгом смысле этого слова», «проповедником истинного христианства против фарисейства внешней набожности».

Общее число литературных трудов преподобного Максима составило 365 произведений, из которых 164 остались неизданными. Кроме переводных трудов, — это сочинения, вызванные полемикой с ересью жидовствующих и вопросом о соединении Церквей, сочинения, направленные против магометанства, монофизитства, против суеверий и пороков русских людей того времени. Сочинения эти были откликом на окружавшую его жизнь и события того времени. В них отразились характерные черты преподобного: прямота, твердость характера и исключительная правдивость.

Большая часть сочинений преподобного Максима кратка по объему. Изложены они то в форме рассуждений, то в форме церковных слов и бесед, то в виде посланий, разговоров, исторических рассказов, молитв и священных песнопений, заметок.

Обличению жидовствующих, значительные остатки которых преподобный Максим еще застал, посвящены 5 его Слов. В них он обличает жидовствующих в том, что они отвергли Божество Иисуса Христа и необходимость Его искупительных страданий, почитание Божией Матери, святых икон и священных предметов.

В начале своего пребывания в Москве преподобный Максим был свидетелем весьма оживленных сношений московского правительства с Римом. Сочувственно относясь к планам изгнания турок и восстановлению Греции, как истинный последователь преподобного Марка Эфесского, преподобный Максим Грек не шел по следам тех, которые стремились осуществить эти планы принятием флорентийской унии. И вот, несмотря на свою занятость, которая не позволяла «свободно вздохнуть», преподобный пишет сочинения, содержащие обличения западных римских христиан («латинян»), которые в лице своего доверенного лица — Николая Немчина пытались повлиять на великого князя в вопросе о подчинении Русской Церкви римскому папе. В своем труде «Против латинян» он с вежливостью обращается к Федору Карпову, подпавшему под влияние Николая Немчина, и разъясняет ему заблуждения и отклонения Римской Церкви. Свои обличения преподобный Максим направляет против двух важных догматических отклонений Западной церкви: учения о чистилище и учения об исхождении Святого Духа, а также против употребления опресноков.

Главная мысль, которую он приводит в своих обличениях на латинян, состоит в доказательстве неизменяемости догматов, основанных на Священном Писании, Вселенских Соборах и отцах Церкви.

Особенно подробно преподобный останавливается на учении об исхождении Святого Духа. В этом вопросе он вполне стоит на точке зрения Патриарха Фотия, который в своем окружном послании (867 г.) западное учение об исхождении Святого Духа называет «верхом зла». Защитники исхождения Святого Духа «и от Сына», говорит преподобный Максим, нарушают свойства Лиц Святой Троицы, вводят два начала (источника) для Святого Духа.

Вместе с тем преподобный не упускал случая, чтобы заметить о властолюбии пап, возвышающихся на высоту своею гордостью и хвалящихся тем, что они владеют местами апостолов; потому что не от градов и престолов зависит апостольское величие и власть, а от догматов правой веры и благочестивой жизни, управляемых апостольскими и отеческими учениями.

Интересно, что в своей полемике против латинян, преподобный Максим нигде даже не намекает на неудачные попытки греков вступить в унию с Римом, на действия их на Флорентийском соборе, на подвиг преподобного Марка Эфесского и на печальную участь, постигшую дело митрополита Исидора. Необходимо отметить также и то, что сочинения преподобного Максима против Западной церкви являются строго догматическими не только потому что он ограничился главными вопросами, считая обличение второстепенных ненужным, а потому, что они были уже обличены прежде и стали всем известны. На свои же сочинения преподобный Максим смотрит только как на собрание доказательств из творений святых отцов. В слове «Против лживого сочинения Николая Немчина о соединении православных с латинянами» преподобный Максим обличает «неправые мудрования» западных христиан, особенно в отношении догмата о Святой Троице, который он называет одним из «главных апостольских догматов». «Изменив величайшую тайну о Живоначальной и Пресвятой Троице и проповедуя два начала непостижимого исхождения Всесвятого Духа, вы преступили и многие установления, церковные и апостольские предания», — пишет преподобный. Далее он указывает на употребление в Западной церкви опресноков, которое называет «главной и величайшей погрешностью». «За это латиняне, как нарушители апостольских и отеческих правил и преданий, пишет преподобный, — достойны того, чтобы называться не только раскольниками, но отчасти и еретиками». Преподобный Максим призывает латинян: «Если искренно, а не лицемерно желаете соединения с нами, разрушьте то средостение, которое служит преградою между нами и вами». Здесь он имеет в виду, как-то видно далее, кроме опресноков, еще и учение о чистилище. Заключает это послание преподобный такими словами: «Разъединение лучше и похвальнее соединения, отлучающего от Бога».

Против магометан преподобный Максим написал следующие сочинения: «Слово обличительное на агарянскую прелесть…», «Ответы христианам противу агарян, хулящих нашу православную веру христианскую». В этих сочинениях он доказывает Божество Иисуса Христа и опровергает необходимость обрезания, омовения и, наконец, рассматривает утверждение магометан, что христиане исповедуют трех богов. Неосновательность последнего объясняется богословскими доводами и диалектическими приемами, например, уподоблением Троицы трехчастному составу души, солнца, трем частям дерева. Преподобный говорит, что каждая часть их может называться именем целого, хотя отсюда не следует, что каждая из трех частей составляет совершенно отдельное целое. Наконец, он касается еще упреков магометан, которые говорили, что если Христос был Бог, то иудеи не умертвили бы его. Опровержение преподобного Максима состоит в положении, что Иисус Христос пострадал по своей воле, в доказательство чего он приводит различные места Священного Писания. В заключение преподобный Максим убеждает магометан отказаться от своих южных верований и обратится на путь истинный.

В нравоучительных посланиях преподобный Максим высказывается против проникшего в Россию с Запада увлечения астрологией. Здесь он говорит о прямой противоположности этой лженауки христианскому мировоззрению, как исключающей для человека возможность проявить свободную волю и избрать добровольно добро или зло.

В специальном сочинении «Сказание о известном иноческом жительстве» преподобный высказывается как убежденный противник монастырского вотчиновладения. Он даже проклинает монахов-вотчинников и в пример русским монастырям ставит жизнь картезианских монастырей Запада. В этом случае он шел не только против Собора, который совсем недавно высказался за монастырское вотчиновладение, но и против великого князя, который продолжал наделять монастыри новыми владениями и новыми жалованными грамотами. Смелые обличения преподобного усиливали негодование против него. Во многих статьях своих он укорял слушателей за незнание и несоблюдение христианского закона, за суеверие, заменяющее веру, за исполнение одного внешнего обряда, не освященного внутренним душевным подвигом, за все пороки, которые жили во многих рядом с наружною набожностью. Он убеждал православных не полагать спасение лишь в точном исполнении внешних постановлений Церкви, в воздержании от мяса и рыбы во время поста, в частых поклонах, но стараться всеми силами души воспринять закон Божий, угождать Ему милосердием, покаянием, чистотою жизни.

За все эти резкие обличения преподобный Максим был привлечен к суду на Соборе в 1525 году. Здесь ему поставили в вину его сношения с турецким послом, хулы на монастыри и особенно его ошибки, допущенные им при исправлении и переводах книг. Оправдаться преподобному не удалось, и он был заточен в Иосифов монастырь. В 1531 году преподобный Максим вновь предстал как обвиняемый перед новым Собором. Здесь ему предъявлены были обвинения в целом ряде мнимых ересей. Некоторые описки писцов в исправленных преподобным книгах квалифицировались как сознательное внесение еретических учений. Затем высказывания его о том, что наши рукописные богослужебные книги содержали большое количество ошибок, происшедших от небрежности переписчиков, расценивались как хула на всю Русскую Церковь. Осужденный и этим Собором, преподобный Максим был послан в заточение в Тверской Отрочь монастырь под надзор Тверского епископа Акакия. Этим переводом участь преподобного была облегчена: ему было разрешено писать сочинения. За 20 лет своего вынужденного пребывания в Твери преподобный Максим Грек обогатил русскую духовную литературу целым рядом новых произведений апологетического, обличительного и нравоучительного характера. Апологетико-полемические работы его, написанные в этот период, направлены были против язычества («Слово обличительное на еллинскую прелесть»), иудейства («Слово противу глав Самуила евреянина»), магометанства («Слово на агарянскую прелесть»). В обличительных статьях преподобный Максим Грек занялся опровержением целого ряда ходивших по Руси апокрифов («О иуде предателе…», «О рукописании греховном…»). В нравоучительных сочинениях, несмотря на трудность своего положения, он продолжает обличать современное ему общество в отступлениях от истинного христианства. Преподобный обратил свое внимание на два наиболее явных порока: неправосудие и мздоимство судей, воевод и начальников («Слово пространнее излагающее с жалостью настроения и безчиния царей и властителей века сего»), лицемерие и увлечение лишь одной показной стороной благочестия («Слово на пожар Тверского собора»).

В 1545 году восточные Патриархи Константинопольский Дионисий и Александрийский Иоаким обратили внимание на долговременное томление в России невинного страдальца и просили царя Иоанна Грозного о его освобождении. В их послании, в частности, говорилось: «Не творят так православные христиане над нищим, паче же над иноком, и наипаче цари, удостоенные великого смысла и учиненные от Бога праведными судиями, чтобы иметь дверь свою отверстою ко всем приходящим».

Однако преподобному Максиму надлежало пробыть еще 6 лет в заточении ибо просьба Патриархов почему-то не была услышана. Наконец, в 1551 году после 25-летнего заключения игумен Троице-Сергиева монастыря Артемий, друг преподобного, вместе с некоторыми боярами упросил царя освободить невинного страдальца из заточения.

Скончался преподобный Максим 21 января 1556 года, проведя 38 лет в трудах и страданиях в пользу Русской Церкви. Древний сказатель о пришествии преподобного Максима в Москву свидетельствует, что по смерти преподобного пробудилось к нему общее уважение, многие стремились к его останкам, как бы к святым мощам, называя его великим учителем и пророком. В тропаре преподобному, который поется в день его памяти, в частности, сказано: «За страдания темниц и заточения десницею Вышнего венчается и чудодействует преславная. И о нас ходатай буди непреложен, чтущих любовию святую память твою».

Уже во второй половине XVI века стали составляться жития преподобного Максима в виде кратких сказаний. Заботы о его церковном почитании относятся ко времени правления царя Федора Иоанновича. Протоиерей Георгий Флоровский в своей книге «Пути русского богословия» говорит о канонизации преподобного Максима Грека в 1591 году. Другие исследователи относят установление церковного почитания его к более позднему периоду. К лику святых официальных он был причислен Русской Православной Церковью в год 1000-летия Крещения Руси году, мощи были обретены в 1996 году.

В заключение необходимо отметить, что, несмотря на осуждение преподобного Максима Грека Соборами, на все недостатки его переводов и собственных сочинений, пожалуй, ни один писатель допетровской Руси не пользовался таким уважением и значением, как преподобный Максим Грек.

Икона преп. Максима Грека из пядничного ряда главного иконостаса церкви св. Николы на Берсеневке г. Москвы. Иконописец член общины церкви Косолапова Т. А.

http://rusk.ru/st.php?idar=112338

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика